Блог
Rus
Eng

От рассвета до контракта (4 часть)

Первая часть здесь.

Вторая часть здесь.

Третья часть здесь.

 

ЧАСТЬ 4: Рабочий день контрактора.

 

Как складывается обычный день сотрудника ЧОК в Ираке?

Обычный день? Хороший вопрос. Тут, на работе, каждый день можно назвать обычным. Потому что выходных и праздников у человека, находящегося тут на работе, нет. Каждый день – рабочий. Нет привычных нам укороченных пятниц, нет суббот и воскресений, нет праздников, каникул и прочего. Однообразный, рутинный рабочий день – и так день за днем.

Обычно задачу на следующий рабочий день ты получаешь накануне, вечером предыдущего дня.

Выглядит это так: в вечернее время старший на вашем контракте (опс-менеджер, к примеру) проводит «митинг» (оперативное совещание) для тим-лидеров, участвующих в мероприятиях. Либо задачу скидывают тим-лидеру через скайп, электронную почту или мессенджер. Тим-лидер, соответственно, доводит полученную информацию до команды (тима).

В некоторых ЧОК (там, где сильны позиции бритов, либо сами фирмы британские и руководят там «британские отставные сержанты») по вечерам проводят что-то вроде построений для экспатов. Т.е. строят тим-лидеров и их заместителей. Выглядит, конечно, забавно, когда вся фирма стоит в этаком «каре», в центре опс-менеджер, и он минут двадцать ведет монолог перед строем, по сути, ни о чем. Выглядит, конечно, это серьезно, но высока ли результативность? Все взрослые люди (с опытом, прошедшие отбор), как показала практика, и без таких строевых смотров работа нормально работается. А опс-менеджер просто напоказ отрабатывает свою зарплату.

 

У сотрудников охраны каждый день новая задача или что-то может повторяться?

В основном, конечно, задачи одни и те же. Откуда им взяться-то, разным? Ведь в чем состоит основная работа: для мобильной охраны (линия PSD) – это ежедневная доставка сотрудников нефтяных компаний из мест их проживания (кэмпов) до мест их работы.

Места работы: буровые площадки, нефтяные скважины или целые кластеры, строящиеся объекты и различные элементы нефтяной и газовой инфраструктуры. На этих объектах сотрудники нефтяной компании работают, выполняют регламентные мероприятия и процедуры. Это может занимать как несколько часов, так и весь световой день (с наступлением темноты – обычно с 18:00 – все сотрудники возвращаются к местам проживания, на объектах остаются только дежурные смены). Естественно, все это время охрана находится рядом с клиентами, осуществляя сопровождение в пешем порядке (если клиент перемещается по территории), либо находясь в автомашинах. Конечно, весь транспорт тима заранее размещают так, чтобы в случае экстренной ситуации машины могли сразу покинуть территорию, вывозя клиентов.

Особняком стоят миссии по сопровождению клиентов при перемещении между провинциями (регионами). Это могут быть уже значительные расстояния.

Цели таких миссий бывают разные. Например, клиентам нужно посетить офис компании или офис подрядных организаций, Министерство нефти, посольство или консульство, административные учреждения. Еще один вид миссий – обеспечение безопасности персонала заказчика в период ротации, иначе «миссии на аэропорт». Возникают они в зависимости от того, на какой срок приезжают нефтяники в регион. Могут идти и каждый месяц, могут и реже. Международных аэропортов, через которые происходит ротация иностранного персонала в Ираке,  два – один в Багдаде (северная часть страны), другой в южной части, в Басре. В зависимости от того, в какой части страны располагается кэмп вашего клиента, в тот аэропорт вы и поедете.

 

Каждодневное катание на машинах, наверное, изматывает. Хочется вздремнуть, пока ждешь клиентов?

Спать в машинах, даже если очень хочется, категорически не поощряется. За такое можно и с работы вылететь. Конечно, не повсеместно, но бывали случаи (особенно в компаниях, где русских очень мало), когда твой напарник мог сделать фото тебя спящего и отправить руководству.

И это не считается стукачеством. Это даже поощряется со стороны руководства. Это нужно знать и быть к этому готовым.

Теперь ты больше не на службе у государства. Более того, ты не дома, в своей стране, тут «каждый сам за себя». Я уже не говорю о том, что такое фото может сделать ваш коллега из местного персонала. И потом шантажировать вас этим. А вот его (местного) –  напротив, вы хоть зафотографируйте со всех ракурсов. Даже если потом доложите руководству, максимум, испортите отношения с локалами своими, в тиме. Ничего в этом случае местному сотруднику не будет. В крайнем случае, его пожурят чуть-чуть и все. А оно и понятно, ребята устают, у всех семьи, работают каждый день, приходят рано, уходят поздно. Работа вообще тяжелейшая (собеседник смеется) – водить бронированный автомобиль. Отношения с локальным составом ЧОК – это вообще отдельный разговор.

 

А как насчет питания, как оно происходит?

Ранее я уже вскользь затронул этот вопрос. В вашем кэмпе, где расположена ЧОК, будет иметься столовая. Там вы сможете завтракать и ужинать. А вот обед – как повезет. Зависит от задачи и вашей территории, где вы работаете. Бывали случаи, когда мы жили в своем кэмпе, утром выезжали за клиентами в их кэмп (расстояние 5-10 км), везли их на объект (с удалением 100-150 км), где они работали, и, соответственно, находились с ними там весь день. Клиенты на своем объекте (куда мы приехали) могут иметь свою столовую и там пообедать. А охрана такой возможности не имеет – питаться вместе с клиентами. В этом случае ребята из группы PSD предусмотрительно берут питание с собой из своей столовой (в контейнерах). Либо могут отослать одну машину в ближайшую деревню, чтобы купить что-то поесть (за свой счет, естественно). Есть такие «щедрые» компании, которые предусматривают для своих сотрудников ЧОК достаточно «скромный обед», которым наесться здоровому мужчине нереально в принципе. Так что все зависит от вашей ЧОК. Вечером, когда вы вернетесь в свой кэмп, конечно, сможете нормально поужинать, в столовой.

 

Перед началом работы, перед очередным выездом существуют какие-то подготовительные процедуры?

Да, конечно, такие процедуры есть. Они, за некоторыми исключениями,  характерны для всех ЧОК. Перед выездом каждый день проводится осмотр транспортных средств вашего тима. У тим-лидера имеется целый лист осмотра, где прописаны подлежащие осмотру позиции. Проверяется реально все: начиная от внешнего осмотра машины и давления в шинах, до контроля уровней всех технических жидкостей и работы световых приборов. Так проверяется каждая машина, обязательно в присутствии водителя (локального сотрудника). Все недостатки фиксируются в «чек-листе». Естественно, контроль состояния и комплектности всего снаряжения и оборудования ежедневно. Наличие питьевой воды (не забываем, что мы находимся в пустыне), вооружения и боеприпасов, запасных батарей для радиостанций и имеющейся техники.

Еще такой момент. Обычно экспаты, выезжая на задачу, берут с собой небольшую сумку (рюкзак). В нем хранятся паспорт, бейджи и разрешительные документы, какая-то сумма наличных денег (банкоматов в Ираке немного, лучше иметь доллары США), зарядные устройства для цифровой техники, какие-то личные вещи. В общем, в случае «мало ли что»  экспат может покинуть страну, не заезжая в свой кэмп.

 

А такие случаи бывали на практике? Когда сотруднику ЧОК приходится вот так бежать из страны?

В моей практике такого, честно говоря, не было. Но мы же понимаем, что на такой работе может случиться все, что угодно. И в этот момент ты находишься в чужой (как по языку, так и по религии) стране. Тебе тут, возможно, совсем не рады. А произойти может все, что угодно, начиная от банального ДТП (хотя в этом случае все ЧОК стараются свести риск к минимуму, сажая за руль локалов), заканчивая перестрелкой с возможным ранением (не дай Бог, гибелью) посторонних лиц.

У меня по работе был коллега, ранее работавший в ЧОК на территории Афганистана. Так вот лично у него был такой случай, правда, связан этот случай был с его собственной любвеобильностью. В Афганистане он умудрился найти себе «даму сердца». Правда, что-то, видимо, пошло не так. Потому что он тем же вечером «по-английски» (не прощаясь), уж не знаю, каким образом, покинул страну. А наутро в кэмп его ЧОК приехала полиция, имея на руках заявление об изнасиловании от той самой «мадам». Так что разные бывают ситуации.

 

А в каких пропорциях в ЧОК работают экспаты и местный персонал? Есть ли какие-то квоты?

Как таковых пропорций нет. Но в любой ЧОК местных сотрудников большинство. В каждой машине/автобусе сидит араб, плюс бывают чисто «местные» экипажи PSD, когда в машине сидят два араба. Вопрос эффективности такого экипажа открытый. Каждый араб скажет, что уже лет 10 работает в PSD, а до этого был военным, полицейским, спецназовцем и еще воевал во второй иракской войне на стороне США. Но я бы на них не полагался. Вы сами все увидите, посмотрев, как местные держат оружие, обращаются с ним. Специалист это увидит.

Так вот, экспатов, в зависимости от ЧОК (как она зарабатывает и на чем экономит) и от Заказчика (насколько серьезные требования он предъявляет охране), в тиме 1-2 человека. Это тим-лидер и его второй номер. Где-то вторым номером может быть и араб. Тут, конечно, уже дело плохо. Просто потому, что «в случае чего» именно вы сядете за руль и будете вывозить клиента.

О местной принадлежности локальных сотрудников: обычно ЧОК набирает их по территориальному признаку. В этом есть логика: проживание поблизости дает возможность сотрудникам прибывать в кэмп ЧОК самим, не  нужно возить их на работу и обратно. Еще одно, негласное, обстоятельство – чтобы местные шейхи проявляли бОльшую лояльность к ЧОК, не осложняя ей работу. Опять же, это такая форма обеспечения безопасности. ЧОК берет местных с этой территории на работу, местные заинтересованы, чтобы на их территории с клиентами заказчика все было хорошо. Всем выгодно.

 

Каков уровень подготовки местного персонала в ЧОК?

Уровень местных сотрудников – вопрос, конечно, больной. Одно дело, если ЧОК и объекты заказчика находятся вблизи городов. Тогда локалы – более-менее образованные ребята. Знают английский, могут иметь какую-то подготовку (действительно ранее работать в полиции или служить в армии), иметь реальный опыт вождения автомашин (а не по принципу «продал осла, купил права»).  А если объекты удалены от крупных населенных пунктов? Тогда вам достанутся ребята с близлежащих деревень. Что они из себя представляют… Эти сотрудники могут не иметь даже школьного образования, не говоря уже о высшем. Некоторые не умеют писать, читать. Что говорить про знание английского?

В моей практике был один очень забавный случай, когда в ходе проводимого занятия мы с коллегой пытались отработать с местными сотрудниками определение местоположения по карте и направление движения на объекты заказчика.

Так вот, в ходе занятия мы пытались их ориентировать относительно «севера» и направлений сторон света. Смотрим – пустые глаза «местных коллег». Они не понимают, о чем идет речь. И почему север этот самый находится вверху карты.

Понимаем, ситуация нелегкая. Достаем навигатор. Один из ребят, как оказалось, заядлый охотник, кажется, поняв, о чем идет речь, упорно показывает, что север находится в другом направлении. Включаем навигатор, показываем: север там! «Нет», упирается местный. Достаем компас, чудом оказавшийся в нашем снаряжении. Местный –  ни в какую, стоит на своем. Мы в замешательстве с коллегой. Думаем, как быть.

Вдруг этот местный охотник идет к багажнику нашей машины, берет тряпку. Все на него смотрят в изумлении. Он поднимает тряпку, и она начинает развеваться по ветру. Вот в какую сторону она развевается, там и север – гордо заявляет сотрудник!  Мы пытаемся, не смеясь (чтобы не обидеть охотника), уточнить – а если ветер поменяется, развеваться тряпка будет в другую сторону, как тогда быть с севером? «Тогда север будет в той стороне, куда развевается тряпка!», – отвечает охотник. Что тут сказать? Занавес… мы с коллегой в шоке. Но при этом почти все местные безошибочно покажут вам направление на Мекку. Вот такое знание географии.

 

А как же тренировки, они проводятся с местным персоналом?

Что касается тренировок личного состава, конечно, этот момент в обязательном порядке присутствует в деятельности ЧОК. Другое дело – с каким коэффициентом полезного действия.

В разных ЧОК это происходит по-разному. Где-то для этого руководство компаний выделяет специальное время (отдельные часы или даже целый день), а где-то занятия и подготовку персонала приходится аккуратно «вплетать» в рабочий процесс (появилось свободное время в перерыве между миссиями – провел что-то).

Предметы, которым уделяется внимание в ходе подготовки – это, в первую очередь, медицина, оказание первой помощи и самопомощи. Конечно, в случае критической ситуации местные будут лишь ассистировать экспатам, но и для этого они должны знать основы оказания первой помощи, ориентироваться в имеющемся медицинском оборудовании, уметь подготовить носилки и прочее.

На втором месте по значимости идет тактика (это обобщенное название предмета – с местными рассматриваются вопросы сопровождения клиента в пешем порядке, в ходе сопровождения на машине, при нахождении на каком-то стационарном объекте, движение конвоем в составе тима и прочее).

Затем – вождение. Это навыки управления тяжелым бронированным автомобилем в одиночном порядке и в составе тима, навыки парковки (транспорт-то габаритный, особенно автобусы), движение задним ходом, объезд появляющихся препятствий и все, что с этим связано, буксировка.

Естественно, по возможности – коммуникация, умение ориентироваться по карте (умение определить свое местоположение и проложить маршрут к определенной точке). Работа со связью (ведь необходимость общения и взаимодействия в тиме имеется постоянно). Отдельно нарабатывается командная работа по замене колеса (кто-то осуществляет прикрытие, кто-то проводит замену, при этом не забывая об обеспечении безопасности клиента, каждый знает свое место и свой маневр).  Конечно,  отрабатываются такие вещи, как «кросс дек» (быстрая пересадка клиента из одной автомашины в другую в разных ситуациях). Изучаются правила и условия применения оружия и физической силы (что разрешено, а что запрещено сотрудникам ЧОК), действия тима при попадании в засаду в пешем порядке и в ходе движения на автотранспорте. Могут вводиться какие-то еще дополнительные предметы – все зависит от конкретной ЧОК и особенностей обеспечения безопасности клиента. Конечно, я сейчас привожу все это обобщенно, у англичан, по их старой, доброй традиции это разбито на множество отдельных разделов и пунктов.

Что касается работы с оружием. Фактически реальные стрельбы с имеющегося штатного вооружения в ЧОК уже давно никто не практикует.

Во-первых, это дополнительные траты денег на боеприпасы, организацию и проведение стрельб. Тупо выйти за забор и пострелять в поле – уже не пройдет. Время не то. Теперь все процедуры деятельности ЧОК жестко регламентированы. Поэтому остается работа с оружием в «холостом режиме», сборка/разборка (и чистка с определенной периодичностью), перезарядка и устранение возникающих неполадок (утыкания, невыброс гильзы, израсходование боеприпасов). Все это отрабатывается в одиночном порядке и в составе тима.

Конечно, все это проводится по возможности, учитывая «желание» местного личного состава и их расположение к постижению сих тайных знаний от экспата. А желания по большей части у них нет, народ местный тут всегда уставший (от жизни, от солнца, от всего). Пришел на работу и уже устал, скажите «спасибо», что вообще пришел. Конечно такая ситуация была бы просто невозможна лет 10-15 назад. Но время идет, ситуация меняется. Крупные иностранные ЧОК уже покинули регион или собираются его покидать, цены упали. Этот бизнес сейчас под полным контролем местных властей.

 

Для справки:

Как и многие западные организации, российские нефтяные компании активно участвуют в разработке нефтяных и газовых месторождений на Ближнем Востоке. Они нуждаются в политических и физических гарантиях безопасности. 

 

Первая часть здесь.

Вторая часть здесь.

Третья часть здесь.